ВРОДЕ «МЕРСЕЯ». МОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ

– Сначала покажись ты, мерзкая жаба! – снова подал голос Гранди, было видно, что наносить оскорбления кому бы то ни было для голема особо утонченное наслаждение.
Было видно, что озадаченный скелет отступил на шаг назад.
– Если ты украл ребенка в том лагере, где множество машин, – донесся до них ее прекрасный голос, – то эти люди наверняка с дальнего юга, и они, возможно, отнесутся к пропаже не так покорно, как фермеры.
Хамелеон снова улыбнулась. Но насколько ее теперешняя улыбка отличалась от того беззаботного выражения, которое было на ее лице еще совсем недавно! Теперь это была улыбка трезвомыслящего, расчетливого человека.
– Я все-таки думаю, что тебе стоит поехать, – спокойно произнесла Хамелеон, – тебе не помешает немного развеяться и на некоторое время покинуть замок. Поскольку скоро положение может значительно ухудшиться. А я пока сама присмотрю за телом Дора!
Змей Мидгарда – существо настолько огромное, что его кольца окружают под океаном весь мир! Арло и впрямь оживил миф, хотя этой легенды он не читал. Мировой змей опознал теперь своего врага и будет бдителен.
"Хтон! – крикнул он внутрь себя. – Что мне делать?" И Хтон ответил: "Оставь ее".
Но теперь Арло почувствовал некоторую неискренность отца и догадался, что тот что-то от него скрывает. Атон должен был удивиться, возможно, рассердиться, но не сделал ни того, ни другого. Вряд ли отец находился в сговоре с Хтоном. Так что же ему было известно?
Дверь в ксенологический офис была открыта. Он вошел. Столы были свободны, штат Джона Райденауэра работал в поле. Сам он, оставшись один, держался на стимуляторах, пытаясь скоординировать действия своих людей по всей планете. Он разговаривал с визитером. Сердце Флэндри подскочило: лорд Хоксберг!
В эту бесконечную пульсацию легко было внедрить подходящим образом генерированную и зашифрованную информацию. Никто, кроме посылающего и принимающего, не мог об этом знать. Для того, чтобы посторонний мог обнаружить случайный разговор, потребовался бы ни больше ни меньше, как долговременный тщательный анализ (и даже тогда он бы не понял, о чем был этот разговор). Ни на корабле, ни в земном посольстве не было такого оборудования.
– О да, ты права, Хамелеон! Это действительно так! Моя душа снова со мной! Я чувствую такой прилив сил! Но почему это вдруг стало возможным? Я ведь тогда отдала Аймбри половину своей души, а моя половинка продолжала развиваться! Теперь у меня даже больше, чем целая душа. Это для меня слишком много.
– Уровень шума был слишком высоким. Правда, с помощью усилителя и фокусировки я смог разобрать несколько слов, вроде «Мерсея». Мое впечатление – Абрамс собирается поехать с ним. В таком случае его лучше держать под особым наблюдением.
Об этом было тотчас объявлено по селектору, и послышались едва уловимые радостные возгласы тех, у кого все еще были открыты лицевые панели на шлемах.
Выглядел он внушительно – 210 сантиметров в длину, толстый. Его кожа была гладкой, темно-голубой на спине, бледно-зеленой у живота, опаловой на жабрах. По форме он напоминал что-то среднее между дельфином, тюленем и человеком. Но хвостовые плавники и два плавника около середины, обладающие хватательной способностью, были чудом мускулатуры. Спинной плавник был покрыт кожей. Чуть позади головы торчали две короткие сильные руки. За исключением остаточных перепонок, руки были поразительно похожи на человеческие. Голова была большой, с золотистыми глазами, с дрожащими жгутиками по краям губастого рта.
Пораженная Аймбри не могла произнести ни слова. Вдруг неожиданно – конечно же, все это происходило во сне короля – она превратилась в лилию, и тут же возмущенно зашелестела своими лепестками.
– Мы увидим, что получится! – загадочно проговорила Хамелеон. Теперь проявлялся еще один негативный аспект ее ума – женщина говорила много такого, чего Аймбри совсем не могла понять.
– Он любил Злобу! – крикнул Арло. – Свою... мать.
Водяной восторжествовал. – Щекотно, говоришь, – злорадно произнес он, – тебе ведь это, вижу, не нравится? Ну, сейчас я покажу тебе такую щекотку!
Размышляя о превратностях судьбы, Аймбри неслась все дальше и дальше на юг по равнине, которую тут обильно населяли разные кровожадные чудовища и не менее кровожадные растения. Раньше Аймбри не часто приходилось бывать здесь, поскольку людей тут было совсем немного, и потому особой мороки с доставкой им снов не существовало. А тем временем она уже скакала мимо замка Повелителя Зомби.
– Впрочем, мне нужно было понять это сразу! – прохрипел житель Мандении, но все-таки не прекратил испытывать судьбу. Он налил себе еще какого-то напитка, отхлебнул с огромной осторожностью, затем, помедлив, сделал глубокий глоток, снова подождал, а потом одним махом осушил кубок. – Хорошо пошло! – воскликнул он.
– Чтобы появилась радуга, нужны солнце и дождь, – сказал человек.
Тем временем очертания замка стали надвигаться на ночную кобылку. Теперь ей пришлось сосредоточиться на другой стороне этой же опасности – приближаясь к замку, она убедилась, что одна стена была почему-то освещена ярким пламенем манденийского костра. Что заставляло их даже ночью, устав, поддерживать такое пламя и искать дрова? Вдруг Аймбри поняла – это делается ради все того же дневного коня!
– Шикарно, – сказал Арло. – А есть модели побольше?
Скрученная в моток река моментально стала разворачиваться и распухать. Пол сразу оказался залит водой, которая быстро прибывала. Еще мгновенье – и вокруг было уже целое озеро. Откуда-то появились волны, которые начали сбивать людей из Мандении с ног. Карфагеняне, ничего еще не поняв, принялись грязно браниться. Тот мандениец, который пытался зарубить короля, был уже куда-то унесен течением.
– У вас будет работа, – сказал Брехдан, – обещаю, что будет. Я еще не знаю, какая, может быть, вас попросят забраться в корабль посланника, когда он выйдет на орбиту. Для начала, однако, мы должны спланировать программу действий против нашего друга Абрамса. Он ожидает обычных средств, вы же можете преподнести ему сюрприз и, если справитесь с этим, вас не обойдут почетом.
Над головами пролетел снаряд и разорвался возле Горбатого Моста.
– Но он как раз и должен умалчивать об этом, – сказал Повелитель Зомби, – мы должны это сами вычислить. Только тогда мы наконец-то сможем разорвать эту проклятую цепь и спасти Ксант!
– Да, но вам об этом незачем беспокоиться!
– Сядь, Элли. – Я оторвал ее руки от себя. – По-моему, ты вполне в своем уме. Может, ты перегрелась? Успокойся, расслабься, докрути головой. Вот так. Тебе уже лучше? Тогда расскажи, что произошло.
– Слушай! – воскликнул Гранди. – А можно мне пойти с тобой? Если ты станешь невидимой, мы можем что-нибудь разведать!
У нас с Кэйт был очень маленький, но тесный кружок друзей. Банкир ее отца, который стал и моим банкиром. Я часто поддразнивая его, так как он считал себе демократом. Кроме того, одна леди, которая устроила у себя общественную библиотеку. Несколько профессоров из Холльерг-Колледжа. Правда, они жили в сорока милях от нас, а в те времена это было достаточно серьезное расстояние. И Хэйвиги.
Люди из Мандении снова, с еще большим ожесточением двинулись по мосту. Они уже понесли огромные потери и теперь стремились во что бы то ни стало одержать победу. Их численное превосходство, которого так боялся повелитель зомби, начинало сказываться.
Доминик Флэндри шел в тишине. В прохладном воздухе был слышен лишь легкий звук его шагов. В бездонном синем небе сияло Саксо. За горой Нарпа снежные вершины устремлялись к призрачной Луне. Никогда еще планета не была так прекрасна!
– Ты знаешь, – сказал он, – еще в те времена, когда в Египте правил Эхнатон, может быть, даже раньше, была такая философская школа, которая учила, что мы должны сложить оружие и уповать на любовь. Что даже если любовь не спасет, по крайней мере, мы умрем безвинными. Обычно даже оппоненты этой школы говорили, что сама идея благородна. Я скажу тебе, что сия идея – дрянь. Я скажу, что это не только не реалистичная, не только инфантильная, но и злая идея. Она отрицает, что у нас в этой жизни есть обязанность действовать! А как мы можем действовать, если упустим наши возможности? Нет, сынок, мы смертны, а это значит, мы невежественны, глупы и грешны – но это только наши недостатки. Как бы то ни было – мы можем гордиться, что иногда делаем все, на что способны. Изредка нам это удается. Что же больше требовать?..
– Я должен отлучиться, моя дорогая. Пока развлекайся. Немного удачи, и все будет выглядеть вполне прилично, когда мы удерем.
– Не надо продолжать! – фыркнул Руней, – я предупреждаю вас, как предупреждал адмирала Энрике, что Мерсея не будет сидеть сложа руки, если агрессоры попытаются разрушить то, что она помогала создавать для улучшения всей жизни Морского народа.
– Обвинения и контробвинения. Возражения и контрвозражения…
– Потрясающая живучесть! – заметил Бедокур. – И удивительное везение. Ни один внутренний орган не поврежден, кровотечение сравнительно слабое. Подозреваю, что несколько швов и благодеяние Хтона поставят ее на ноги.
– Да, конечно! – согласился с ним Икебод. Любая исторически важная деталь была бальзамом для его души. – Мой друг, кентавр Арнольд, предоставил мне некоторое количество необходимой информации. Если я не ошибаюсь, то первая волна человеческой колонизации этого края случилась еще примерно тысячу лет назад. В то время тут жили лишь животные да гибриды вроде кентавров. Кстати, есть трогательная легенда о происхождении этих существ!
– Ее место – возле ее мужа, нашего нового короля, – ответила Ирис, немного смягчившись, – я знаю, что она любит своего отца. Ей нет необходимости лишний раз доказывать это.
Но Ада уже забралась внутрь, пригнувшись под низким потолком туннеля. При этом она оттопырила попку, которая вновь заинтересовала Арло, хотя он уже знал, что в сущности там ничего нет. Тем не менее непосредственная опасность встревожила его.
– В этой системе нет ни одной боевой единицы землян.
– Мой лорд, но я действительно не знаю, – в голове у Флэндри зашумело. Что-то было не так.
Она устремилась прочь от них, зажав одной рукой рот, другой отмахиваясь от всего мира.
– Да ну вас! С какой скоростью?
Лоханассо положил руку ему на плечо:
Телекамера осмотрела Флэндри, и дверь открылась. Внизу, в холле, было тепло, кругом полным-полно вооруженной охраны. Ему отдали честь и пропустили, посмотрев на него с завистью. Но, по мере того, как он поднимался в лифте, его самоуверенность улетучивалась. Вместо упругой легкости переход в земной вес принес ощущение неустойчивости.
– Или натыкаешься на нечто иное! – заметила Хамелеон, явно намекая на лошадиный навоз.
– Я пыталась найти компромисс, Арло, и все ради тебя. Но ты бы на него не пошел, и думала по-миньонски, а не по-человечески, и очень об этом жалею. Пришла пора для полной откровенности между нами. Твои родители хотели, чтобы у тебя была человеческая девушка, чтобы ты рос не один и смог полюбить. Бедокур с согласия Хтона обещал все устроить. Но твой дедушка. Вениамин всех перехитрил, и здесь появилась я. Когда вы узнали, что я миньонетка, было уже слишком поздно. Тогда Хтон изменил замысел и свел меня с Атоном. Что-то вроде рукопашного боя, и мы с тобой в нем лишь пешки.
«А чем мы лучше? – подумал я. – Ведь наш век – это век Воркуты и Бухенвальда, век Бельгийского Конго и юга Соединенных Штатов». Может быть, в такие моменты я совсем не завидовал его способности путешествовать во времени.
Я прекрасно помню, что то утро было чрезвычайно жарким. На небе ни облачка, совершенное безветрие. Деревья, мимо которых я шел, обдавали жаром, как раскаленные зеленые печи. В чахлой тени деревьев стонали от жары собаки и дети. Ни одна птица не нарушала своим пением знойную тишину. Мною овладел страх. Элинор так выкрикнула имя своего Джонни, что мне было не по себе.
– Я жутко устал и вдобавок наглотался воды, – отозвался король, – но зато цел. В любом случае, битва еще не закончена.
– Дорогая, – сказал он, – я не мог рассказать что-либо раньше. Слишком много ушей, живых и электронных, ты же знаешь. Если бы оппозиция пронюхала о том, что я намереваюсь сделать, она бы мне помешала. Не потому, что она принципиально не согласна со мной, а просто не хочет, чтобы я вернулся сюда с успехом. Меня ждала бы длинная очередь в Министерство Политики, и оппозиция постаралась бы так затянуть дело, чтобы в конце концов заволокитить его. Ты понимаешь?
– Это кровопролитная война, – сказал Чет, – посмотрите, какие жертвы несут обе стороны в боях! Ах, если бы только можно было улаживать подобные конфликты мирным путем!
Он прикурил от зажигалки. Ему было непривычно снова ощущать себя в мундире небесной голубизны с эмблемами ракетного пламени на плечах, без бластера на поясе – он был вновь на корабле, где царили дисциплина и традиции. Хотя у него уже не было уверенности, что это ему нравится.
– Нет. Ты не...
– Потому что он любит вас, – сказала Досада. – Я знаю, что и меня он любит. Но чтобы передать хвею от меня к вам... – Она в изумлении прервалась. – Вы должны любить меня!
Аймбри отправилась к кентаврам, которые уже строились в походную колонну. Еще на рассвете кентавры стали сворачивать свои палатки и паковать походные принадлежности, так что теперь они были почти готовы.
– Эта сила нова для тебя, – предупредила она. – Если перестараешься, то очень скоро...
– Но Провал наверняка остановит их продвижение! – заметил Гранди.
Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы насытить кровь кислородом. Затем он набрал полную грудь воздуха, но не напрягаясь, чтобы не тратить энергию, – и погрузился в силовое поле Земли.
– Мне кажется, – заметил Бинк, – что внутри бутыли я вижу нечто вроде кабачка.
– Конечно, – Флэндри слушал вполуха. – Начните с объяснения, почему Брехдан не раскроет тайну Старкада.
Неожиданно земля у них под ногами затряслась; колонны задрожали, и от них начали отскакивать порядочные куски камня. Откуда-то сверху начал сыпаться песок. Обе – женщина и лошадь – испуганно задрали головы. Что это может быть такое?
– Я никогда не выдам тебя, – воскликнула кобылка. – Я ведь так благодарна тебе, ты спас меня!
– Где он?
Проблема – как пробраться в город незамеченным – занимала лишь незначительную часть внимания Двира. Его искусственные чувства были приспособлены для задания такого рода. Главным образом он был занят воспоминаниями.
– Не совсем так. Я думаю, что вы верно двигались по нужному маршруту. Затем вы, должно быть, столкнулись с разрывом во Времени. Это очень сложно и долго объяснять. Иногда случается, что люди делают неосмотрительный шаг и оказываются здесь. Намного легче бывает покинуть Ксант, чем отыскать его, до тех пор пока вам не помогает магическая сила!
Боль кивнула:
– Не болтай, – приказала она. – Возможно, они решат проверить и это время. Держись за меня, и полетим в прошлое. Не торопись, я буду приспосабливаться к тебе.
– Кобылка, будь осторожна! У него в руках волшебный меч! – прошептал Аймбри на ухо чей-то голос.
Арло тупо протянул ей меч и нож. И снова вспомнил свой сон, ибо в нем присутствовали Вениамин и Утренний Туман. Был ли это на самом деле сон или видение? Могла ли Боль читать его мысли и питать образами как реальными событиями? Рагнарек в его видении давным-давно завершился, и Хтон одержал победу. Будь это неправда, он вряд ли узнал бы ее от Боли. Если же сон отражал правду, то о чем волноваться?
– Не надо себя обманывать. Это недостойно!
Аймбри поняла, что тут их может подстерегать опасность. Если она поплывет сейчас, водяной может превратить воду в пар. Тогда пар вытеснит воздух, и дышать точно станет невозможно. И тогда придется волей-неволей поворачивать назад. Да и Хамелеон может сильно испугаться и чего доброго утонет. Аймбри не была уверена, что ее спутница умеет плавать, но спрашивать было некогда.
Они тем временем поскакали к ближайшей тыквенной плантации. Хамелеон вдруг занервничала: – Мы что, будем проезжать то место, где... – Она не нашла в себе достаточно мужества, чтобы закончить фразу.
– Но Дор что-то не поправляется, – заметил Гранди, – вот королева Ирис испробовала все, что могла, чтобы излечить короля Трента, но кто-то из лекарей высказал догадку, что причина его умственного недомогания кроется не в заболевании, а в колдовстве, а мы не знаем того заклинания, которое бы нейтрализовало это самое колдовство!
Лужайка словно взорвалась треском сучьев и звуками борьбы, а секунду спустя из кустов выкатились две человеческие фигуры. Шерринфорд удерживал своего противника железным захватом. В серебристых отсветах луны и всполохах северного сияния Барбро успела заметить, что это длинноволосый юноша, обнаженный и очень гибкий. Сопротивлялся он отчаянно, пихался ногами, царапался и пытался укусить. При этом еще и дико улюлюкал.
Вот и эта улица. Тяжесть навалилась на него, мускулы одеревенели, подошвы стучали ко камням в такт ударам сердца, во рту пересохло, горький дым раздражал ноздри.
– Да, но ведь он обычный кентавр!
– В орудийном отсеке плавали мертвые тела. Трупы не были изуродованы
– Время от времени это должно случаться, – донесся с высоты голос Царицы. – Примите дитя и позаботьтесь о нем. Этим знамением… – она взмахнула рукой, совершив несколько сложных движений, – мальчик объявляется Истинным Обитателем.
– Только не воображай, что твой пылкий молодой герой вовлек меня в это предприятие своим священным порывом. И серьезно: я полагаю, что вы рассчитываете сбежать на вспомогательном судне. Это исключено. Космический патруль настигнет вас задолго до того, как вы разовьете сверхскорость.
– Это ты так думаешь, – сказал Флэндри искренне. – Вы не представляете, что наше оружие может сделать с миром.
– Прекрасная работа под конец, мой лорд, – сказал он.
– Я должен убить чудовище, – ответил Арло.
Оба мужчины вошли в купольную пещеру. Потолок в ней был с высоким сводом, как в той пещере, где Арло наблюдал за вторжением миньонеток, только гораздо больше. Пещера была совершенно круглой и заполнена водой почти до тропинки гусеницы. Места на тропинке оставалось лишь для одного человека, и разминуться с гусеницей было нельзя. В это время голова с передней частью твари двигалась в одну сторону, а отсеченный хвост в сопровождении десяти сегментов – в другую. Между ними замерли три сегмента, лишившихся управления.
– Куда они ведут? – спросила Ада, указывая на беспорядочные проемы в стене. Ей стало намного лучше, и она горела желанием всюду побывать.
– Обычный человек пропал бы, – продолжал Атон. – Но Бедокур принадлежит Хтону, а Хтон управляет всей жизнью в пещерах. За исключением нас троих. Человеческий мозг слишком сложен, и чтобы управлять им, нужны особые усилия и специальные средства.
– Чем могу служить, Владыка?
До него донесся крик из дома:
– Вы можете меня вылечить? – закричал Двир.
В прошлом, до тех пор, пока Барбро не пришла к нему со своим горем, у него просто не возникало необходимости изучать фольклор дальнопоселенцев, да и упоминания об этой стороне жизни в прессе тоже встречались нечасто. В последнее же время он все чаще приходил к мысли, что ему недостает понимания отношений, сложившихся между дальнопоселенцами Роланда и запугавшими их «призраками». Он не собирался изучать их с точки зрения антропологической науки, но полагал, что нужно хотя бы прочувствовать, узнать этот феномен.
Кобылка скакнула к каменной массивной колонне и – о чудо – дыма оказалось достаточно – Аймбри и сидевшая на ее спине Хамелеон легко прошли сквозь камень.
Король задумчиво запустил руку в свою шевелюру, которая, казалось, уже потеряла от этого часть волос. – Ах, если бы король Трент был сейчас здоров! Он хороший тактик, я думаю, что он справился бы с этой задачей!
– Послушай, Джек. У тебя будут неприятности. Еще больше
Он мог быть не больше чем просто наблюдателем со стороны. Приказ, полученный им, был до неприличия прост: оставаться вне опасности, ни во что не вмешиваться, под страхом сурового наказания не влиять на события. Сделать все, чтобы вернуться живым, так как им нужны сведения.
Досада ударила Бедокура по руке, и тот выронил скальпель. Затем сжала ладонью его шею, перекрыв приток крови к мозгу. Даже Хтон не смог сразу его оживить, а лишь секунды и были ей нужны, чтобы прорваться к Арло.
На пороге стоял человек. Воротник пальто был поднят, широкие поля шляпы бросали тень на его лица. Но Тому было не до этого. Все его внимание было обращено на мальчика, которого человек держал за руку.
Откуда-то, тоже по воздуху, прискакал настоящий Дневной конь, на солнце он блестел, как золото.
Аймбри по-прежнему пребывала в раздумьях. Да, конечно, у них было прекрасное оружие, вернее даже, целая совокупность оружия в виде этих двух сестер, в то время как в манденийском отряде были одни только мужчины. Если бы только у них было сейчас чуть больше времени, чтобы как следует подготовиться к обороне.
– Может быть, – отозвалась Аймбри, – не мне судить об этом. Я ведь раньше совсем не имела души!
– Может быть, у людей из Мандении недостаточно лошадей, их меньше, чем солдат, и потом, у них, должно быть, не было времени, чтобы пасти своих лошадей, поэтому им пришлось действовать здесь в пешем порядке. А тех людей, которых жители Мандении могли посадить на лошадей, явно недостаточно для того, чтобы они смогли взять замок Ругна штурмом. Но все равно рано или поздно люди из Мандении где-нибудь используют своих лошадей!
– Застрелите их! – скомандовал чей-то голос, похожий на голос самого Хасбинбада.
– Я видел сон...
Вместе с Флэндри она покинула корабль. Звуки их шагов отдавались эхом в освещенных переходах. Им не надо было далеко идти, чтобы попасть в другую башню. Стройный корпус главного вспомогательного судна неясно вырисовывался над ними. Флэндри знал эту модель: чудесная вещь, прочная и универсальная, с запасами топлива и еды, которых хватит на путешествие в несколько сот парсеков. И очень быстроходное судно! Не то, чтобы оно могло обогнать обычный боевой корабль… преследование – дело долгое, а у Флэндри было несколько идей по поводу того, что сделать, если враг подойдет близко.
– Это и мне приходило в голову, сир. Но я жил в то время, когда идея о путешествии во времени была уже затрепана авторами научно-фантастических романов. Так что если бы я предпринял что-либо подобное, то неминуемо привлек бы к себе общее внимание. Так скольких же ты собрал?
– Ведь она как-никак твоя сестра, – невозмутимо продолжал Бедокур.
Хэйвиг заставил себя сделать глоток и опустился в кресло.
Ну что ж, Юлий Цезарь тоже отошел от своих принципов и заложил основы западной цивилизации, которая дала миру Шартский собор, Франциска Ассизского, пенициллин, Баха, Билль о правах, Рембрандта, астрономию, Шекспира, конец рабства, Гете, генетику, Эйнштейна, эмансипацию женщин, Джейн Адамс, следы человека на Луне, космос… и ядерную боеголовку, тоталитаризм, автомобили, четвертый Крестовый поход… но в целом, с точки зрения бесконечности…
По крайней мере, пока. Впрочем, вряд ли агенты Ээрии будут обшаривать весь город в его поисках. Однако ему следовала обеспечить безопасность своих подопечных и свою. Он поднялся я пошатываясь повел их дальше.
– Конечно, конечно, это все я! – успокаивающе сказала коню Хамелеон. – Помнишь, мы с тобой ждали в лесу, когда Гранди, Аймбри и Икебод напоролись на Всадника, Хасбинбада и остальных карфагенян. Мы тогда прекрасно провели время!
Волшебный дар Бинка мог также позволить ему призвать на помощь магические силы, чтобы они обезопасили его от жителей Мандении. Но могло случиться и так, что королю все-таки могла понадобиться хотя бы малая доля этого целебного эликсира, чтобы залечить нанесенные Хасбинбадом раны. Аймбри и сама стала инструментом в облеченных силою волшебства руках короля, и потому эта сила сейчас помогла ей избежать смерти от змеиного яда, чтобы ночная кобылка могла спокойно продолжать прерванное путешествие.
Он был не один в подобной изоляции. Но другие просто не обращали внимания на это, и только юный Джерри Дженнингс как-то воскликнул: «Клянусь Богом, ты прав!»
– Да, но с другой стороны, Хамфри не состоит на государственной службе. К тому же он не был поставлен заранее в известность, что мы явимся в его замок!
Неудивительно, что Хтон отпустил его без борьбы. Арло уже дал ему ключ к победе.
Но факты – вещь упрямая, они часто опровергают логику. Королю Бинку удалось уничтожить одного врага физически, но при этом он пал жертвой другого врага магически. Надо было полагать, что и тут свою зловещую руку приложил печально известный Всадник.
– Кто же это тогда?
– Запросто! – отозвалась Аймбри; при этом девушка-зомби, которой она сейчас казалась, грациозно вырвала из своей головы прядь волос в знак, что сделать это можно очень легко. Ночная кобылка сосредоточилась, несколько мгновений – и вот Миллипривидение явилась перед своим супругом, излучая особую привлекательность.
И даже если человечеству предназначено счастливое будущее, где дорога, которая ведет туда? Помнишь, однажды я высказал мнение, что Наполеон должен был выполнить свою миссию – объединить Европу, собрать ее вместе. Но Гитлеру этого нельзя было позволить. Нельзя было допустить его победы. А как мне рассматривать Ээрию?
– Я постановляю… хорошенько выпить!